Триллион в тень: макроэкономическая цена лудомании

Азартные игры перестали быть личной проблемой отдельных семей и превратились в макроэкономический фактор. Совокупный GGR легального беттинга и нелегального гэмблинга в России оценивается в 1 трлн рублей в год, а оборот только нелегального рынка онлайн-казино Минфин в 2026 году оценивал в 3 трлн рублей. Значительная часть этих денег безвозвратно уходит из российской экономики.

В «Белой книге» отмечается рост легального сегмента ставок на спорт. GGR легального сегмента составил 401,7 млрд рублей при сопоставимом объёме серого сегмента.

Дополнительный штрих: по данным Банка России, до 20% суммы выданных микрозаймов уходит на ставки и азартные игры, в пересчёте на 2025 год это свыше 400 млрд рублей. То есть азартный рынок частично работает на заёмных деньгах домохозяйств, увеличивая их долговую нагрузку без создания какой-либо экономической ценности. В отличие от торговли или услуг, ставка не производит товара и не создаёт стоимости. Она лишь перераспределяет деньги от миллионов игроков к операторам и обслуживающей их инфраструктуре.

Динамика теневого рынка ещё резче. В 2017 году букмекеры оценивали оборот нелегальных онлайн-казино в 300 млрд рублей, в 2022 году оценивали уже в 600 млрд. В 2026 году Минфин оценил оборот нелегального рынка онлайн-казино в 3 трлн рублей, а GGR оценил в 400 млрд (только онлайн-казино) или 600 млрд рублей вместе с нелегальными букмекерами. По отдельным экспертным оценкам, объём депозитов в нелегальном сегменте мог превышать 2,2 трлн рублей в 2025 году.

Даже по самым скромным подсчётам оборот нелегального онлайн-сегмента вырос за десятилетие в 10 раз. Для бюджета это двойная потеря: теневой сегмент не платит ни налогов, ни целевых отчислений, при этом социальные издержки от его деятельности полностью ложатся на государство.

Совокупный GGR операторов нелегальных азартных игр в России оценивается в 400–500 млрд рублей в год. Эти средства выводятся за пределы российской юрисдикции через трансграничные платёжные инструменты, включая криптовалюты. Глобальный GGR онлайн-крипто-казино достиг 82 млрд долларов в 2024 году, и по мере роста российского крипторынка азарт всё больше уходит именно туда.

Теневой оборот опирается на массовую инфраструктуру внутри страны. По данным Банка России, в 2024 году около 10 млн клиентов российских банков переводили деньги на «дропперские» карты, счета физлиц, используемые в схемах нелегальных платежей. Регулятор располагает данными о более чем 700 тысячах граждан, участвующих в такой деятельности. В основной массе это молодые люди до 23 лет. Азартная индустрия, таким образом, криминализирует и финансовую периферию: вербует молодёжь в теневые платёжные схемы.

Мировой контекст подтверждает масштаб: оборот нелегальных ставок на спорт в мире достиг 1,7 трлн долларов, генерируя до 340 млрд долларов прибыли, при этом лишь 22% оборота глобального рынка азартных игр регулируется государствами.

Второй канал потерь не денежный. Наиболее вовлечённая группа игроков это мужчины 25–44 лет, экономически активное ядро рабочей силы. Зависимость снижает производительность, разрушает концентрацию и профессиональную репутацию, ведёт к увольнениям и долговой спирали. Совокупный объём рабочего времени, которое активные игроки ежегодно тратят на азартные игры, исчисляется сотнями миллионов человеко-часов.

По мере развития зависимости игрок начинает использовать средства работодателя, перестаёт выполнять задачи, теряет связи; 30–40% патологических лудоманов совершают правонарушения ради денег на игру. Издержки несёт и окружение: тяжёлая зависимость одного человека прямо затрагивает в среднем ещё шесть человек, которые вынуждены гасить долги и терять собственную продуктивность.

К прямым потерям добавляется преждевременная смертность: по данным шведского лонгитюдного исследования, смертность лудоманов от всех причин в 1,8 раза выше общепопуляционной, а в группе 20–49 лет смертность в 6,2 раза выше. Каждый такой случай это невыработанные десятилетия трудового стажа, недополученные налоги и осиротевшие семьи, то есть потери, которые не отражаются ни в одном отраслевом отчёте.

Страны с развитой статистикой уже посчитали цену вопроса. Для Англии первоначальная оценка совокупных социальных издержек, связанных с вредом от азартных игр, составляла не менее 1,27 млрд фунтов в год. Совокупный негативный эффект для ВВП Австралии (страны-рекордсмена по проигрышам на душу населения) оценивается в 0,3–1% ВВП.

Для России, где эпидемия находится в начальной фазе, а нелегальный сегмент кратно больше, чем в этих юрисдикциях, полная оценка ущерба ещё впереди, но порядок величин очевиден: речь о сотнях миллиардов рублей ежегодных потерь помимо прямого оттока капитала в тень.

АНО «Центр борьбы с лудоманией» считает приоритетом удушение финансовой инфраструктуры нелегального сегмента: прямой запрет банкам, операторам Системы быстрых платежей, эквайринговым и криптосервисам на проведение операций, связанных с нелегальной игорной деятельностью; единый реестр разрешённых игровых платформ с автоматической блокировкой всего, что за его пределами; уголовная и международно-правовая ответственность руководителей и бенефициаров платёжных и криптовалютных компаний, обслуживающих нелегальный сегмент.

Поскольку инфраструктура теневого рынка расположена преимущественно в офшорах, Центр предлагает сформировать международный консорциум по борьбе с трансграничной нелегальной игорной деятельностью с обменом данными, согласованными блокировками и скоординированными запросами об экстрадиции.

АНО «Центр борьбы с лудоманией» это некоммерческая организация: исследования, профилактика и помощь при зависимости от азартных игр в России. Полные данные об экономических потерях представлены в «Белой книге» Центра. Людям, столкнувшимся с зависимостью, доступно бесплатное приложение «Путь помощи»: путьпомощи.рф

Столкнулись с зависимостью от азартных игр у себя или у близкого человека? Центр помогает бесплатно: получить помощь. Работа Центра существует на пожертвования: поддержать проект.